Собачий паспорт удобного размера

ПОСЛЕДНИЕ АНГЕЛЫ

Простая учительница английского языка, сразив заокеанского миллионера, отказалась стать его женой, не пожелав расстаться со своей собакой.
Великую истину, озвученную Экзюпери: «Мы в ответе за тех, кого приручили», Маргарита доказала собственным примером. Виновница любовной драмы — Рони, не подозревая о жертве хозяйки, весело носится по квартире, зажав зубами подарок американского миллионера — ярко желтый мячик. Рядом с телевизором — другая реликвия — фарфоровая ваза в виде зажмурившейся девушки с невероятно длинной шеей. Это тоже подарок жениха, который не в пример отечественным кавалерам тонко ухватил главную суть Маргариты — возвышенную, романтичную натуру.
— Вазу он прислал 11-го мая, в день моего рождения, — поясняет хозяйка, — с одиннадцатью белыми розами. Ричард вообще любил делать подарки. Однажды позвонили в дверь и внесли огромную корзину с продуктами, икрой, маслинами — он боялся, что я умираю здесь от голода. А это тоже подарок, для Рони (хозяйка открывает шкаф и показывает мне сверкающую никелем просторную клетку). В ней она должна была въехать в новую, американскую жизнь. Ричард собственноручно купил и клетку, и чемодан, чтоб не сомневаться в моем приезде.
— Так значит, он не был против собаки?— недоумеваю я.
— Мне кажется, он блефовал, — грустно улыбается Маргарита, — думал, что если откажется от Рони в последний момент, мне некуда будет деваться — с работы уволюсь, из квартиры выпишусь, да и билет на руках — сильнее любого магнита. Но получилось по-другому...

С американским нефтяным магнатом учительница английского познакомилась, как модно, по интернету. Трехмесячная переписка и разговоры по телефону вылились в милую дружбу и привязанность, и Ричард начал настаивать на встрече: выбирай любой европейский город, и я присылаю билеты. Она выбрала Париж. И туристическую визу, и билет принесли ей на дом, избавив от беготни и забот, оставалось взять отпуск за свой счет. В последнем письме Маргарита не удержалась от комплексов:

«Надеюсь, тебя не смутит мой черный кролик и ты не спрячешься под трапом?»

Ответ был галантен: «Главное — твоя душа, которую не найдешь ни на каком прилавке». В Париже они обменялись сюрпризами: в День Святого Валентина Ричард подарил ей сногсшибательный вечерний наряд и заказал столик в знаменитом варьете Мулен Руж, а украинская красавица уведомила поклонника, что она — дама строгих правил и в номере никого не принимает, даже его. Восемь дней упоительного путешествия по городу любви, легкость общения, родственность душ, интересов и вкусов могли бы любой вскружить голову, но только не Маргарите. Максимальной вольностью, позволенной американцу, оставался дружеский поцелуй в щечку.

— Я искал покорную украинку, а наткнулся на истинную американку, — пошутил нефтяной магнат во время экскурсии по Версалю.
— Подарки я верну, — приняла замечание за упрек Маргарита.
— Ты обиделась? — испугался Ричард.
— Разочаровалась, — поправила она.

Когда респектабельный мужчина, сверкнув бриллиантовыми запонками, встал на глазах экскурсантов на колено и взволнованно произнес любовное признание, сентиментальные европейцы восторженно зааплодировали. Домой Маргарита уезжала полноправной невестой, с подарками для сына, будущих родственников и даже любимицы Рони. Три месяца готовилась виза невесты, три месяца они общались взахлеб и по телефону, и по интернету.
Маргарита знала не только обстановку роскошного дома на берегу Мексиканского залива и прелести принадлежащих Ричарду отелей, но и его привычки, любимые блюда, распорядок дня, и, конечно, проделки маленьких любимцев — двух йоркширских терьерчиков, живущих с хозяином десять лет. Она, в свою очередь, растрогала жениха рассказами о своих подопечных. Двухмесячного щенка стаффордширского терьера с вывихнутыми при родах лапками она спасала от смерти, выкупив у забраковавших его хозяев. Любовь и терпение сделали чудо: Рони выросла умницей и красавицей. А живущую теперь у мамы Джессику Маргарита подобрала на улице. Израненную собаку выкинули умирать на дорогу, но она отвезла ее к ветеринару, и операция поставила беднягу на лапы.
Наконец, все формальности были улажены, назначена дата вылета, раздарены вещи и собраны сумки.

— Моя мама и мои друзья мечтают заключить тебя в объятья, — сообщил по телефону счастливый Ричард. — А я же просто умираю от нетерпения любить тебя. Но есть одна просьба, дорогая, — Рони сюда не бери, пристрой в хорошие руки. Она боевой породы, и, боюсь, не уживется с моими четвероногими малышами.

Это был удар ниже пояса. Маргарита потеряла сон и аппетит. Сутками напролет она ломала голову, что делать. Рони, почувствовав беду, тоже отворачивалась от миски, больше лежала в ногах, поскуливая и преданно водрузив голову на тапочки. Маргарита представила, как отдаст ее, как собака будет страдать, и окончательно поняла, что на предательство не способна.

— Без Рони я не смогу, — сообщила она жениху. — Ей уже восемь лет, она не признаёт других и без меня просто умрет с тоски.

Еще месяц тот бомбардировал ее аргументами и железными доводами, уповая на здравый смысл своей избранницы, но Маргарита руководствовалась понятиями, не управляемыми логикой. Наконец, устал и жених. Он накричал на строптивую невесту по телефону, а потом прислал прощальное письмо: «Я тоже не могу выгнать своих питомцев! Будь счастлива, украинская американка. Я опять перед тобой на коленях».

На вложенной в конверт фотографии своих собачек он сентиментально написал: «Собаки — последние ангелы на земле, почему же они мешают нашему счастью?».

В ее двухкомнатной «хрущебе» — аскетическая чистота. Последняя вещь покупалась хозяйкой еще при социализме. Под окнами романтично журчит ручеек. — Откуда он в заасфальтированном микрорайоне? — удивился бы Ричард.

— Прорвавшая канализация, — извинилась бы Маргарита.

Я рассматриваю яркие парижские фотографии — кадры красивой мелодрамы. У Ричарда доброе лицо, он вообще похож на Пьера Безухова. А Маргарита — блистательная реклама для всех славянских невест.

— Редиска ваш американец, — говорю хозяйке сочувственно, но она заступается:
— Он добрый, порядочный человек, мы с ним очень похожи, и, наверное, были бы счастливы. Но не такой ценой! Если бы кто-то из нас пусть даже во имя личного счастья отказался от своих животных, его бы замучили угрызения совести.

О чудачестве учительницы, ради пса отказавшейся от личного счастья, написала местная газета, и в адрес Маргариты посыпались письма. Обманутые и униженные сограждане благодарили ее за верность высоким идеалам, за то, что они снова поверили — не все продается и покупается. Поддержал и сын, хотя какой юнец не мечтал гонять по свету на шикарном авто и развлекаться в лучших клубах? Вместо этого бегает в институт в тесной школьной курточке, экономя на «маршрутках». Но одно письмо Маргариту расстроило.

«Вы не умеете любить, — написала незнакомая женщина. — Когда любишь, бросаешь все, не только собаку, но и ребенка. Дайте мне адрес Ричарда!». Быть может, это была та самая покорная украинка, которую искал по началу американец?

А у непокорившейся красавицы впереди утомительная борьба за существование, как у любой украинской учительницы. Но она ни о чем не жалеет.

Марина Корец